Автор-извращенец честно предупреждает, что под катом пошлятина.
оно"Чёрт бы побрал этого Артура! И этого проклятого Уолтера! - думал вампир, лихорадочно перебирая в голове варианты отступления. - Чтоб их всех!" И проклинать было за что. Ведь это Артуру пришла в голову идея "работы под прикрытием". Конечно, легко отдавать распоряжения, когда не тебе под этим самым прикрытием предстоит работать. Он-то там сидит сейчас у себя в кабинете, дома, попивает бренди и посмеивается. А вампир здесь, с этими извращенцами, от одного вида которых становится плохо. Один - сумасшедший толстяк с безумными глазами, постоянно уплетает что-то за обе щёки, при этом ни на секунду не перестаёт говорить о войне, даже когда жуёт пирожки и смотрит порно. Второй - не менее сумасшедший долговязый со странной стрижкой, в умопомрачительных очках, в заляпанном кровью халате, в кожаном топике и обтягивающих кожаных брюках, весь в побрякушках и молниях. "Тут явно не обошлось без садо-мазо, - размышлял носферату. - Он ещё и на видео всё снимает. Совершеннейший маньяк". И правда. Человек, называющий себя "Док", почти не расставался со своей видеокамерой. Он снимал всё: катастрофы, убийства, сексуальные оргии. Само по себе это вампира ничуть не трогало. Катастроф, убийств и оргий он за свою не-жизнь насмотрелся столько, что удивить его нельзя было решительно ничем. Но это маниакальное стремление фиксировать всё на плёнку к концу недели стало напрягать даже короля нежити. А тут ещё и этот "Макс" над ухом постоянно жужжит: "Война это прекрасно! Война это движение, это страсть, это истинное удовольствие!" Так бы и врезал ему по зубам, чтобы он хоть помолчал чуток. Но нельзя, нельзя. По легенде он - маленькая кровожадная вампирша, желающая вступить в фашистские ряды. Согласно плану Артура, носферату должен был изображать девочку, как он всегда делал ради забавы, но на этот раз применить трансформацию нужно было ради важных государственных целей. Под видом фанатеющей от нацистов нимфетки-кровопийцы Алукард должен был втереться в доверие к руководству организации, называющей себя "Миллениум". Предполагалось, что по ходу миссии прикрывать его будет Уолтер, но этот чёртов мальчишка куда-то смылся. Предполагалось также, что выведав у них всю секретную информацию и военные тайны, он благополучно вернётся домой. Но прошла уже неделя, а о секретных данных не было и разговора. Да что там, они даже ни разу не наведались в штаб! Эти фееричные "Макс" и "Док" всё время таскались по каким-то притонам, стилизованным то под военный бункер, то под лабораторию. У вампира уже начинало складываться впечатление, что не существует на самом деле никакого "Миллениума", и что "подпольная организация" - лишь плод больного воображения этих двоих. А когда они побывали в баре под названием "Миллениум", Алукард ещё больше укрепился в своих подозрениях. Всё бы ничего, прикончить бы их, вернуться в Хеллсинг и сообщить, что тревога ложная. Но, как на зло, Артур активировал печать и приказал вампиру не рассекречивать себя и не демонстрировать силу. Забрать его отсюда должен был Уолтер, но где его носило, неизвестно. А перспективы пока открывались отнюдь не радужные. Все эти разговоры о "маленькой уютной студии" и съёмках в "одном частном порнофильме" поначалу казались тоже плодом фантазии. Ну откуда у этих двоих студия? Они вообще жили в фургончике, это носферату было точно известно, он же сам встречался с ними там ежедневно. Но, когда его действительно привели в студию, тот понял, что если срочно не предпринять меры, случится непоправимое. - Э-э, Док, видишь ли... - набрав в лёгкие побольше воздуху, начала говорить мнимая вампирша. - Я была не вполне честна с тобой. Понимаешь, я не смогу тебе помочь в твоих, эм... развлечениях. - Но в чём дело? - удивился Док, как раз устанавливая камеру на штативе. - Ну... Вобщем... - Да не тяни же, что случилось? - Короче! Я не девочка! - печать не отреагировала, значит тактика верная. Он же не будет раскрывать свою личность и силу. Ему нельзя говорить, что он мужчина, но ведь можно дать понять это и не произнося ключевой фразы. - Но, дорогая, я тоже далеко не мальчик, - ответил Док. - Разве это может как-то помешать? Я вовсе не из тех, кто фетиширует на девственность. - Да нет же! Ты не понял! Я не девочка. Смотри, у меня нет груди! С этими словами вампир зажмурился и распахнул блузку. - О, дорогая... неужели ты так расстраиваешься из-за этого? Тот факт, что у тебя плоская грудь, ещё не повод называть себя "не девочкой". Главное не форма, а содержание! К тому же, если хочешь, мы можем исправить этот твой маленький недостаток. В своё время я увлекался пластической хирургией. Могу сделать тебе любой размер, какой захочешь. - ААА! Да нет же! - закатил глаза вампир. "Как же тяжело до этих извращенцев всё доходит! - подумал Алукард, чувствуя, как в нём всё сильнее закипает злость. - Похоже, придётся раздеваться полностью, чтобы они меня поняли. Ну, Артур, я тебе этого никогда не прощу! Чёрт... только бы эти двое не оказались бисексуалами!"
Услышав, как в речи Монтаны, льющейся из динамиков, развешанных по всей базе, проскочила фраза «посмотрите на это существо, принявшее облик маленькой девочки», Алукард споткнулся. А окунувшись в тень, и вовсе застыл на месте. О нем думали. Причем все – и многочисленные офицеры с молниями в петлицах, толпящиеся за спиной безумного толстячка, представляющие вместо вампира милое черноволосое создание в платье с передничком, и Док, окруженный лаборантами, размышляющий о возможном скрещивании оборотней и кровососов. И даже Вальтер, шепотом объясняющий удивленному таким оборотом Капитану, что точно о половой принадлежности этой формы немертвого он ничего не знает, но с учетом того, что носферату запросто превращается в стайку летучих мышей, такая мелочь ему точно по плечу. От таких мыслей Алукард пришел в ужас и зашарил взглядом по углам, надеясь найти хоть кого-то, кто не поверил заявлению Монтаны, и до сих пор считает страшного вампира чудовищем, а не куколкой в белом. Но его ждало жестокое разочарование. Даже чернявая вампирша, у которой он отобрал мушкет, и та думала над тем, как забавно будет смотреться граф с двумя косичками. Более того, она уже извлекла из кармана ленту и, подталкиваемая Гробом, двигалась к своей ошарашенной цели. Алукард завертелся на месте, пытаясь уследить за всеми противниками сразу. Но чужие мысли наползали, как сороконожки, топая и щелкая жвалами, в которых были зажаты кружевные воротнички, заколочки и даже шелковые панталончики в мелкий цветочек. Самый страшный кошмар его нежизни накатывал океанской волной, сметая все на своем пути. И с этим надо было срочно что-то делать. - Я не девочка! – заверещал почтенный вампир во всю мощь легких. Потолок треснул и обрушился вниз. Но ударил почему-то по копчику. «Ой!» - мрачно подумал граф, открывая глаза и оглядывая привычный подвал особняка, перевернутое кресло и покосившийся столик с пыльной бутылкой. «Приснится же такая гадость…»
Автор-извращенец честно предупреждает, что под катом пошлятина.
оно
Вполне понимаю его опасения
не заказчик
Не заказчик
-Шинигами-, очень может быть
Girlycard, =))
Услышав, как в речи Монтаны, льющейся из динамиков, развешанных по всей базе, проскочила фраза «посмотрите на это существо, принявшее облик маленькой девочки», Алукард споткнулся. А окунувшись в тень, и вовсе застыл на месте.
О нем думали. Причем все – и многочисленные офицеры с молниями в петлицах, толпящиеся за спиной безумного толстячка, представляющие вместо вампира милое черноволосое создание в платье с передничком, и Док, окруженный лаборантами, размышляющий о возможном скрещивании оборотней и кровососов. И даже Вальтер, шепотом объясняющий удивленному таким оборотом Капитану, что точно о половой принадлежности этой формы немертвого он ничего не знает, но с учетом того, что носферату запросто превращается в стайку летучих мышей, такая мелочь ему точно по плечу. От таких мыслей Алукард пришел в ужас и зашарил взглядом по углам, надеясь найти хоть кого-то, кто не поверил заявлению Монтаны, и до сих пор считает страшного вампира чудовищем, а не куколкой в белом. Но его ждало жестокое разочарование. Даже чернявая вампирша, у которой он отобрал мушкет, и та думала над тем, как забавно будет смотреться граф с двумя косичками. Более того, она уже извлекла из кармана ленту и, подталкиваемая Гробом, двигалась к своей ошарашенной цели.
Алукард завертелся на месте, пытаясь уследить за всеми противниками сразу. Но чужие мысли наползали, как сороконожки, топая и щелкая жвалами, в которых были зажаты кружевные воротнички, заколочки и даже шелковые панталончики в мелкий цветочек. Самый страшный кошмар его нежизни накатывал океанской волной, сметая все на своем пути. И с этим надо было срочно что-то делать.
- Я не девочка! – заверещал почтенный вампир во всю мощь легких.
Потолок треснул и обрушился вниз. Но ударил почему-то по копчику.
«Ой!» - мрачно подумал граф, открывая глаза и оглядывая привычный подвал особняка, перевернутое кресло и покосившийся столик с пыльной бутылкой.
«Приснится же такая гадость…»
и автору первой, я так понимаю, легко было бы представить Серас в роли "временного мальчика"...)))