12:01 

Фест «Летние каникулы» представляет...

Hellsing Fest
«Летние каникулы» — Первый этап (история по картинке)


Художник: wolverrain
Автор: Dita von Teese (another_voice )
Название: «Сила убеждения»
Персонажи: Алукард/Интегра
Жанр: трагикомедия с элементами порнографии, романс, драма, АУ
Рейтинг: PG-13
Размер: мини
Отказ: Все права принадлежат К. Хирано, а я не претендую и отказываюсь
Предупреждение: попытка рассказать расхожий фикрайтерский сюжет по-своему, ООС






Спустя полгода после окончания опустошившей Лондон войны, которая, однако, получила лишь скромное звание «Инцидента», леди Хеллсинг возненавидела свою победу.

Нет, у нее и в мыслях не было, что ее страна могла пасть, уступить врагу, но собственный триумф и титул «спасительницы Британии» вызывали у нее лишь растущее отвращение. Всякий раз проезжая по разрушенным улицам, глядя в пустые глазницы окон мертвых домов, встречая спасателей и военных с серыми от ужаса лицами, Интегра размышляла о справедливости, которой почему-то избежала. Ее путь должен был оборваться вместе со взрывом фашистского дирижабля: превосходный момент, ведь все враги уже мертвы, но можно было и раньше: безумному майору с начинкой из винтиков могла улыбнуться удача – хоть раз в жизни попасть как следует, убить врага своими руками! Она могла умереть сотню раз в ту ночь, но ей, как говорили все, повезло – всего-то лишиться глаза. Посчастливилось выжить, выплыть из смерти, и нахлебаться до тошноты мутной вонючей жижи вины.

Она должна была быть осторожнее. Она должна была быть предусмотрительнее. Она должна была быть хитрее. Сильнее. Сдержаннее. Внимательнее. Сотни и сотни «должна», которые Интегра перебирала, как четки, бессонными ночами. И уж если ей не удалось всего этого, то, хотя бы в качестве извинения перед всеми, кто погиб из-за нее, она сама должна была быть мертва.

Впрочем, пока Интегре еще хватало гордости, чтобы «держать лицо» – о том, что пожирает ее живьем и заполняет все ее сны, догадывались только те, кто видел ее каждый день и мог заметить перемены, пока не столь значительные, но уже пугающие. Апатию, которую люди, мало знавшие леди Хеллсинг, путали с хладнокровием. Угрюмость, которую принимали за надменность. Отвращение к жизни, которое казалось ненавистью к врагу.

Обмануть людей, благоговевших перед «спасительницей Британии» (тут леди Хеллсинг кривилась словно от боли) было легко. Куда труднее было обмануть своих вампиров.

Хотя нет, Серас не доставляла Интегре неприятностей: она оказалась достаточно тактична, чтобы не задавать вопросов и не бередить раны, и достаточно сострадательна, чтобы аккуратно подбадривать свою госпожу, не давая ей окончательно потеряться в лабиринте бесконечных несбывшихся «должна».

Алукард… С Алукардом, как обычно, было куда сложнее.

Он видел ее насквозь – Интегра читала это в новых оттенках его улыбок, в долгих изучающих взглядах, в многозначительном молчании. Ни слова упрека, ни слова ободрения. «Он презирает меня. Не может не презирать», – думала с горечью и растущей тревогой леди Хеллсинг. Где ее воля к жизни? Где воля к победе? То, что вампир в своей не-смерти ценил больше всего, то, что ярче всего горело в Хеллсингах. И сколько времени у нее осталось до дня, когда Алукард решит в очередной раз проверить ее твердость, а у нее не хватит силы сдержать его тьму?

Это Интегра твердила день за днем, выныривая из омута одной вины и тут же проваливаясь в новый. Он был верен, верен всегда, она еще была способна помнить об этом, но уже не верила, что сумеет сохранить эту верность и быть ее достойной.

Было и кое-что еще, в чем она боялась признаться даже самой себе: ей, хозяйке, важно, что он, слуга, думает о ней, важно уже много лет, и, быть может, с самого начала, но судьба мира, беззащитного перед самым кровавым чудовищем, оказалась тут совершенно ни при чем.

* * *
Ни миновать Алукарда, ни обмануть его было невозможно; Интегра боялась: он ткнет ее носом в ее промахи и слабость рано или поздно, а ее время, как и удача, утекают сквозь пальцы. И вот наступил день, когда она, совершенно измученная бессонницей и неостановимой каруселью тяжелых мыслей, едва не отправила своего вампира на уже выполненное пару дней назад задание; тогда и время, и удача иссякли для нее окончательно.

Алукард окинул насмешливым взглядом ссутулившиеся плечи своей хозяйки и осунувшееся худое лицо, перечеркнутое черной повязкой, и припечатал с отвратительной проницательностью:
– Вот уж не думал, что мне придется напоминать кому-то из Хеллсингов, что уныние – великий грех.

Интегре казалось, что она и не ждала сочувствия, но снисходительное морализаторство немертвого чудовища обожгло ее, как оплеуха, и она едва не захлебнулась криком:
– Уныние?! Миллионы ни в чем не повинных людей погибли в одну ночь! От огня, пуль и вампирских клыков!!.. – «из-за меня» почти сорвалось с губ, но она проглотила слова и выплюнула другие, не менее горькие: – Но это не твой город, не твоя страна и у тебя нет никаких причин унывать!..

– Не совсем так, – спокойно возразил Алукард. – Это по-прежнему мой мир, каким бы я в нем ни оставался – живым, мертвым или немертвым. И мне бы не понравилось, если бы его уничтожила горстка недоделок.

Неожиданная сентиментальность истинного вампира изумила Интегру и даже немного позабавила.

– Ты предпочел бы другой финал? И какой же? – осведомилась она.

– Я старомоден, хозяйка. Иоаннов Апокалипсис мне больше по вкусу.

– Хочешь прокатиться на бледном коне? В этот раз не удалось?

Алукард что-то ответил и на это, но Интегра уже не слушала, не слышала, а думала о том, что разговор похож на их обычные довоенные споры, но теперь ей не хватало ни задора, ни уверенности в себе; еще одна привычка, которой она следовала, чтобы легче было делать вид, что…

– …Нравится тебе это или нет, – взрезал кокон ее мыслей голос Алукарда, – это не первая война и не последняя. Это безумие вечно. А раз так, есть проверенный способ, которым люди избавлялись от страха смерти и ужасов войны во все времена.

– Как? – сейчас ей было действительно интересно. Он ведь и правда жил очень долго и, возможно, знает.

– Любили друг друга.

– Что?..

–Делили ложе, – поправился Алукард, и Интегра, не успев толком удивиться странной для него сдержанности выбранного выражения, выпалила возмущенно и беспомощно:
– Чудесный способ! Ты прекрасно знаешь, у меня нет никого, кто бы…

Кого, даже если бы леди Хеллсинг и захотела, она смогла бы затащить в свою ледяную постель, где каждую ночь смотрела кошмары о горящем городе.

– Или ты надеешься сам оказаться на моем «ложе»? – бросила Интегра в лицо слуге и тут же пожалела о своих словах, слишком уж напоминавших предложение, когда хищная радость заплясала на его лице.

– Я готов послужить хозяйке и таким образом, если ей будет угодно.

Нестерпимый жар залил ей щеки, но на привычный гордый гнев огня не хватило, и Интегра спросила зачем-то:
– А ты сам пробовал, когда был человеком?

– Нет, – Алукард покачал головой, и радость на его лице потухла. – Меня никогда не пугала война.

* * *
Предложение, конечно же, с гневом отвергнутое, не давало леди Хеллсинг покоя. Не потому, что она верила, будто искусство любви способно согреть ее стылое сердце, а потому что решила, что горшего наказания вряд ли сможет себе найти. Что может быть противоестественнее соития с немертвым? Что может быть позорнее для наследницы Хеллсингов?

Но это же Алукард, шептал ей здравый смысл. Его присутствие пропитало дом, ее саму – ум и сердце – и ничто в ней не желало бояться и стыдиться.

Он превращается в летучих мышей, уговаривала себя Интегра. Мерзкие создания! Распадается на клубки многоногих червей, вспоминала она, содрогаясь от странно завораживающего отвращения. Растекается мраком, ощетинивавшимся зубастыми собачьими пастями. Уж он способен превратить в кошмар что угодно, с его-то извращенным умом!

В более удачное время такая логика показалась бы леди Хеллсинг в лучшем случае сомнительной: слава Алукарда была жуткой, но в двери комнат Интегры никогда не вползали ни черви, ни многоглазая тьма, а входил черноволосый красавец с бледным вечно молодым лицом – и улыбался широкой приглашающей улыбкой, бог знает что – ад или рай – прячущей.

– Я согласна. На то, о чем ты мне говорил. И ты мне поможешь, раз уж вызвался, – буркнула через неделю Интегра, едва оторвав взгляд от бумаг, и снова погрузилась в чтение, чтобы задавить паническое искушение передумать.

* * *
Воспаленное воображение Интегры рисовало ей холод подвала и единственное ложе – огромный черный гроб, но Алукард ждал в ее жаркой от каминного огня гостиной, уже успевшей вернуть себе подобие довоенного уюта. Спокойная вальяжность вампира мгновенно вывела леди Хеллсинг из себя: прямая, напряженная, как натянутая струна, она согласна была быть оскверненной, но об удовольствии не могло и речи идти. Мысль, что он может дать ей совсем не то, чего она молча ждет, а и вправду попытается развеять ее тоску, пугала ее куда больше, чем любая многоногая извивающаяся тварь, заползающая за ворот.

– Что мне делать? – спросила Интегра и сжала губы в тонкую злую нить.

– Для начала сними вот это, – Алукард указал на серебряный крестик, скрепляющий галстук. – Я не хотел бы обжечь руки.

Интегра дернула брошь еще до того, как успела сообразить, что ее вампир, после всего прошедшего уж точно не может бояться пустячного ожога; непослушная иголка ужалила палец, и леди Хеллсинг сорвала ленту трясущимися руками, открывая тонкое горло.

– Ну?!

– Дай мне руку.

Кровь, ну конечно же! Леди Хеллсинг поколебалась мгновение: не прекратить ли этот багалан, не вернуть ли себе власть говорить «нет» сию же секунду, но потом все же протянула ладонь.

Алукард медленно провел прохладным языком по ранке, и в животе у Интегры сжался тугой влажный комок сладковатого ужаса.

– Ну и отвратительные же у тебя фантазии, хозяйка! – демонстративно поморщился Алукард. – Никогда бы не подумал.

* * *
Утро нового дня (при ближайшем рассмотрении оказавшееся полднем) обнаружило Интегру в ее собственной постели, абсолютно голую и с совершенно омерзительным похмельем, какое случается лишь у никогда прежде не напивавшегося человека.

Первый час после пробуждения был потрачен на борьбу с расстроенным организмом, настойчиво упрекавшим хозяйку за неподобающее поведение. Потом нахлынуло беспокойство за простаивающие полдня дела и раздражение на подчиненных, которые – никто, никто, черт возьми, даже Серас! – не попытались разбудить ее, не заставили привести себя в порядок и заняться своими прямыми обязанностями.

И только к самому вечеру Интегра наконец решилась обдумать, что же произошло с ней самой накануне.

Информация к размышлению, ко все растущей досаде леди Хеллсинг, была слишком уж отрывочной. С самого начала все пошло не так, как она себе представляла.

– Пей! – приказал Алукард, протягивая ей широкий бокал с золотисто-янтарной жидкостью. Интегра неуверенно повертела его, понюхала – все-таки решилась: опрокинула содержимое в рот и тут же закашлялась до слез.

– Виски, – он наполнил бокал снова. – Твой отец был очень предусмотрителен: хватит даже твоим внукам.

– Я не собираюсь… – запротестовала леди Хеллсинг, но вампир прервал ее:
– Никогда не рядись в мертвеца, хозяйка. Это худшая игра, в которую ты можешь сыграть.
Ты собиралась наказать себя мной, – белоснежные зубы ощерились в жуткой улыбке, и Интегра поняла, что он без труда отыщет границы ее мужества, если вдруг пожелает, – а значит, сделаешь, что я скажу. Пей.

Кажется, потом был еще бокал, и еще один, и чувство, что огонь тек по венам и растворял ее мрачную решимость отдать все долги бесчисленным мертвецам, рушил стены лабиринта, в котором она бродила все эти полгода. Она помнила, как рухнуло в пропасть ее сердце, когда Алукард притянул ее в свое стальное объятье, но ни от него, ни от его рук для нее уже не веяло ни холодом, ни опасностью.

Последним воспоминанием, а может, уже и не воспоминанием, а просто фантазией, подернутой дымкой хмеля, были поцелуи, которыми они обменивались в полумраке, вжавшись в угол дивана, сладкие и осторожные как у школьников.

«Что за ерунда!» – нахмурилась леди Хеллсинг и отправилась изучать прошедшую ночь к зеркалу.

Поцелуи были, причем, несомненно, куда более смелые: об этом говорили не только припухшие губы, но и несколько аккуратных синяков на шее и груди. В остальном же… Интегра прислушалась к себе и с испугом обнаружила надежно замаскированную похмельем звенящую легкость в теле, которая посещала ее после редких разрядок, вымученных за плотно запертой дверью ванной, только много, много лучше.

Спешно перетряхнув постель, вконец смущенная леди Хеллсинг извлекла из-под подушки алую ленту, служившую ей галстуком, и удивилась было, как брошенная в гостиной вещь оказалась вдруг в спальне, но тут выяснилось, что галстук вовсе не ее, а длиннее и шире. В остальном как будто ничего не изменилось, но, хотя никаких других компрометирующих ее улик Интегра нигде больше не обнаружила, теперь, призналась она собственному сгоравшему от приятного стыда отражению, ни в чем не нельзя было быть уверенной.

* * *
– Что произошло прошлой ночью?

Судя довольной улыбке, этого беспомощного вопроса Алукард ждал.

– О, так ты не помнишь?

– Ты напоил меня! – нашла самый подходящий повод возмутиться Интегра.

– Я представить не мог, что ты не умеешь пить до такой степени, – развел руками вампир.

– Судя по тому, сколько было виски, ты воображал, что я надираюсь, как сапожник? – фыркнула она. – Что произошло? Я хочу знать!

Алукард сел напротив, устроил подбородок поверх сцепленных в замок ладоней и ответил:
– Нет.

– Нет?

«Это приказ!» – едва не выпалила леди Хеллсинг, но в последнее мгновение решила, что такой приказ прозвучит еще более жалко, чем обычное требование.

– Хорошо, – кивнула она, едва сдерживая поднявшуюся ярость. – Есть другие способы выяснить.

– Леди Хеллсинг собирается искать женского врача в разрушенном городе, чтобы узнать, девственна ли она все еще, потому что собственная память ее подвела?

Если это будет выглядеть так же смешно и нелепо, как звучит… Интегра спрятала пылающее лицо в ладонях.

– Не расстраивайся так, хозяйка, – изобразил утешение Алукард. – Что бы ни произошло, цель достигнута. Теперь ты явно думаешь о другом.

– Убирайся, – всхлипнула Интегра, с ужасом понимая, что он тысячу раз прав. – Немедленно.

* * *
Угольно-черная тень сгустилась у стены и неспешно потекла к кровати.

– Я тебя не звала, – предупредила темноту леди Хеллсинг.

– Уж ты-то должна помнить: стоит хоть раз открыть вампиру двери – и путь будет открыт, – Алукард уселся на постель у нее в ногах.

«Сменю спальню», – пообещала себе Интегра, а вслух спросила:
– Что тебе нужно?

– У тебя осталось кое-что мое.

Интегра мрачно порадовалась, что это всего лишь галстук, а не что-нибудь более… пикантное. Хотя ей и так вовек не расхлебать вчерашних приключений.

– Сделай себе новый. Ты это можешь, я знаю. И проваливай.

– У старого теперь слишком богатая история. Он мне дорог как память, – ухмыльнулся Алукард. – Все еще злишься, хозяйка?

– На тебя невозможно злиться, слуга. Ты всегда оправдываешь самые худшие ожидания.

– На сей раз, боюсь, ты заблуждаешься. Твоих ожиданий – тем более самых худших, – белозубо оскалился вампир, – я не оправдывал.

Интегра застыла, лихорадочно обдумывая услышанное. Значит…

– Если уж это так тебя беспокоит, – словно услышав ее мысли, пояснил Алукард, – то твоя невинность осталась при тебе.

– К черту уже эту невинность!

– Хотя я, признаюсь, кое-что позволил себе…

– Замолчи! – Интегра зашарила под подушкой в поисках сигарет.

– И ты тоже позволила себе достаточно, хозяйка!

– О, нет! – она несколько раз бесполезно щелкнула зажигалкой, не в силах сосредоточиться на простом действии. – Молчи тем более. Я не желаю этого слышать!

– Почему же? – продолжил дразнить ее вампир. – Мне было очень приятно, когда ты…

– Заткнись, сколько можно повторять! – рявкнула Интегра и в наступившей тишине наконец смогла закурить.

– Неужели тебе не понравилось? – с деланным удивлением вопросил Алукард.

– Мне… – даже если судить лишь по тому, что она помнила, ей невероятно понравилось, сумела признаться себе Интегра. – Похмелье точно не понравилось!

– Это я учту. На будущее. Но гипноза ты бы мне не простила.

– Не будет никакого будущего!

Алукард приподнял брови, демонстрируя вежливое недоумение от столь категоричного заявления.

– Ты думаешь, я собираюсь повторить?! Я была не в себе, – продолжила она уже спокойнее. – Я думала… – она поморщилась. – Ты знаешь, что я думала. Ты мог просто сказать мне!

– Александр Андерсон подорвал мою веру в силу слова хозяйка, хозяйка. Я, если помнишь, не смог уговорить его остановиться.

Он был прав, прав тысячу раз, стоило это признать. Сейчас Интегра даже знала, что бы ответила: не ему, чудовищу, учить человека человечности.

– Поэтому ты предпочел устроить себе развлечение!

– Так тебя оскорбляет недостаток почтительности? Вероятно, мне стоило бы сказать, – Алукард снова оскалился в глумливой улыбке, – что я уже десять лет только и мечтал заполучить твое невинное тело в свою власть. И что избыток благоговения помешал мне завершить начатое.

Интегра фыркнула смешком и тут же закашлялась от дыма.

– Но возможно, тебе будет легче, если я скажу, что у меня были свои причины. Ты спрашивала, случалось ли мне прогонять тень смерти в постели с женщиной, пока я был человеком. Но ты не спросила, пробовал ли я потом.

От этих слов, непривычной и редкой серьезности вампира Интегре показалось, что внутри нее что-то обрывается, как будто она летит на огромных стремительных качелях.

– И? – одними губами, почти неслышно, спросила она, вглядываясь в белеющее во мраке лицо.

– Пробовал – бесчисленное множество раз. И теперь попытался опять.

Новый вопрос застрял у Интегры в горле. Тяжелая ладонь в перчатке накрыла ее руку.

– Лучше, чем когда-либо.

@темы: Алукард, Интегра, Фест «Летние каникулы»

URL
Комментарии
2012-07-19 в 12:30 

wolverrain
average ordinary everyday superhero
Ящитаю, это двойной страйк))
Спасибо, замечательный фик, последние перебранки–диалоги особенно порадовали)
Алукард прямо джентльмен %)

2012-07-19 в 13:46 

another_voice
А здесь у нас в центре циклона снежные львы и полный штиль (с) БГ
Ящитаю, это двойной страйк))
Да, внезапно так совпало ))

На самом деле, мне немного неловко - такой воздушный возвышенный арт и такое... кхм... безобразие вышло. Но я рада, что понравилось! )

последние перебранки–диалоги особенно порадовали)
Они разговорчивые, о да!

2012-07-19 в 14:04 

wolverrain
average ordinary everyday superhero
another_voice, нет, все замечательно)
Когда рисовала, держала в голове картинку: Интегра выходит из госпиталя и видит руины. Но печальный постканон — в него полезно добавлять немного перца. И это здорово)

2012-07-19 в 14:16 

another_voice
А здесь у нас в центре циклона снежные львы и полный штиль (с) БГ
Но печальный постканон — в него полезно добавлять немного перца. И это здорово)
ну, печальные постканоны у нас уже есть в количестве ) (и у меня самой есть). Я подумала, как-то надо разбавить уже

2012-07-19 в 23:21 

Rendomski
A magician might, but a pineapple never could (C).
Ящитаю, это двойной страйк))
Чёрт, я старалась не дублировать пары автор-художник, но вас двоих таки проглядела. Хорошо, что никто, кажется, не в обиде :small:

another_voice
Мне ужасно нравятся твои опыты по написанию непристойностей с позиций здравого смысла и со славной такой толикой иронии: над ситуацией и над определённой частью фэндома, чего греха таить :-D. И я совершенно согласна, что печаль, вину и трагедию постканона не грех разбавить хорошим романсом. А расшалившийся под конец юморок — серьёзной ноткой.

Оба героя вышли из неловкого положения с достоинством. И с честью :cool:. И цель точно достигнута!

wolverrain,
Алукард прямо джентльмен %)
А ещё, я подозреваю, ему было бы по-мужски обидно, если бы Интегра не запомнила такого ответственного момента :laugh:

2012-07-19 в 23:49 

another_voice
А здесь у нас в центре циклона снежные львы и полный штиль (с) БГ
Хорошо, что никто, кажется, не в обиде :small:
Я так точно не в обиде )) Все в порядке!

Мне ужасно нравятся твои опыты по написанию непристойностей с позиций здравого смысла и со славной такой толикой иронии: над ситуацией и над определённой частью фэндома, чего греха таить :-D. И я совершенно согласна, что печаль, вину и трагедию постканона не грех разбавить хорошим романсом. А расшалившийся под конец юморок — серьёзной ноткой.
С непристойностями что-то меня несет последнее время )
На самом деле, ты мне сказала очень приятную штуку, потому что именно это я писала, и значит, оно все-таки написалось. Мне действительно хотелось поиграть с сюжетом и настроениями и немного пошутить и над постканонным надрывом, и над целительной силой траха. ) Ну и что-то "настоящее" тоже нужно.

Оба героя вышли из неловкого положения с достоинством.
И попутно укатали автора до изнеможения!

Алукард прямо джентльмен %) А ещё, я подозреваю, ему было бы по-мужски обидно, если бы Интегра не запомнила такого ответственного момента
Джентльмен, да. По крайней мере, иногда.
Нда, гордость бы пострадала ) Но, возможно, это и вопрос здравого смысла: если сравнивать потенциальное удовольствие в такой ситуации с последствиями... то ну нафиг! ))

2012-07-19 в 23:51 

wolverrain
average ordinary everyday superhero
Чёрт, я старалась не дублировать пары автор-художник, но вас двоих таки проглядела. Хорошо, что никто, кажется, не в обиде
Отнюдь)

2012-07-21 в 01:59 

yahinata
( ͡° ͜ʖ ͡°)
Позитивная работа, можно сказать! Как же мне понравился не очень строгий, но настойчивый вампир, особенно настырное "ПЕЙ!" :gigi:
Арт же впечатлил глубоким взглядом Интегры и сохранением вполне пропорционального телосложения леди, за что отдельно пожимаю вам руку и делюсь своими микробами XD
Все отлично, читатель рад и доволен вполне!

2012-07-21 в 15:34 

Морана С.
Умные мысли преследуют меня. Но я быстрее!
Ах, какой получился Вампир и Хозяйка. Диалоги просто шикарны и финальные слова, хоть и ожидаемы, но от этого менее сильными не становятся.
Арт понравился, Интегра такая хрупкая и в то же время не сломленная.

2012-07-21 в 23:04 

another_voice
А здесь у нас в центре циклона снежные львы и полный штиль (с) БГ
yahinata_97, спасибо! Позитив не помешает и в суровом постканоне ))
Ну а если б вампир был строгим, боюсь, для Интегры это могло бы плохо кончится...

Морана С., очень рада, что понравилось! Диалоги - это да, герои были разговорчивы как никогда. ) Ну а финалом я постаралась вернуть это все к изначальной серьезности

2012-07-22 в 20:50 

Seras-chan [DELETED user] [DELETED user] [DELETED user]
Арт очень красивый )

Фик местами жутко повеселил :lol: Начало вроде мрачное-мрачное, даже страшновато за Интегру, а потом такой финт. :-D
Алукарду, конечно, большой респект, что он так эффективно (и эффектно :-D ) решил эту проблему)))
– Я представить не мог, что ты не умеешь пить до такой степени, – развел руками вампир.
– Судя по тому, сколько было виски, ты воображал, что я надираюсь, как сапожник?

:lol:
Ну и название, аыыыы! :lol:

2012-07-23 в 00:59 

yahinata
( ͡° ͜ʖ ͡°)
yahinata_97, спасибо! Позитив не помешает и в суровом постканоне ))
Да, и не только в постканоне, но и в суровой реальности, где нет кавайных вампиров с их господами.

Ну а если б вампир был строгим, боюсь, для Интегры это могло бы плохо кончится...
Согласна, Интегра не робот - человек, психика тоже не железная ведь у каждого из нас :hmm:

2012-07-23 в 01:31 

Скифа
Не нервируйте меня, мне уже трупы девать некуда!
Чудесная работа. В очередной раз убеждаюсь, что another_voice умеет как-то так заглядывать в персонажей, что каждый раз получается ново, интересно, неоднозначно и неожиданно. Спасибо, получила удовольствие.
Арт порадовал лицом и руками Интегры. Особенно руками... не знаю отчего, но меня они прям очень впечатлили.

2012-07-23 в 11:14 

another_voice
А здесь у нас в центре циклона снежные львы и полный штиль (с) БГ
Seras-chan
Спаибо! ))
Алукарду, конечно, большой респект, что он так эффективно (и эффектно :-D ) решил эту проблему)))
А он все проблемы решает и эффектно, и эффективно!

Ну и название, аыыыы!
Название появилось внезапно и избавило меня от аццких мук придумывания!

Да, и не только в постканоне, но и в суровой реальности, где нет кавайных вампиров с их господами.
yahinata_97, слава богу, наша реальность не так сурова, как тамошний постканон!

Скифа, я очень рада, что понравилось!
Я действительно стараюсь каждый раз придумать какой-нибудь "новый угол", хотя бы себя удивить. Но, с другой стороны, персонажи у меня всегда одни и те же, в том смысле, что единый фанон, который и пишется.

2012-07-23 в 14:22 

yahinata
( ͡° ͜ʖ ͡°)
yahinata_97, слава богу, наша реальность не так сурова, как тамошний постканон!

Ну, да, не так уж сурова, как там, в Хеллсинге, но все-таки сурова :fingal:

2012-07-24 в 19:28 

Rendomski
A magician might, but a pineapple never could (C).
another_voice
И попутно укатали автора до изнеможения!
Это им только дай волю!

– Виски, – он наполнил бокал снова. – Твой отец был очень предусмотрителен: хватит даже твоим внукам.
Лондон разрушили, особняк разгромили, но виски сохранился. Хоть на рекламу :lol:

2012-08-01 в 03:13 

-Dolphin-
And I dream I'm an eagle, and I dream I can spread my wings... (ABBA)
another_voice, сначала твои тексты заставили меня поверить в как-то совершенно "не укладывавшийся в голову" А/И... Теперь они заставили меня поверить в напившуюся Интегру :-D
Если серьёзно, то Rendomski выше говорила уже - прекрасно выверенное сочетание юмора с серьёзностью, переплетение печальных нот с романсом. Очень органично получилось.

Арт завораживающий. Печальный, но вместе с тем нежный и...воздушный, Дита точное слово подобрала.

2012-08-01 в 09:54 

another_voice
А здесь у нас в центре циклона снежные львы и полный штиль (с) БГ
Лондон разрушили, особняк разгромили, но виски сохранился. Хоть на рекламу Rendomski, это мой личный фанон - сохранившийся виски! Иначе зачем им 30-метровый подвал!

-Dolphin-, спасибо! Особенно за органичность - тут были сомнения!
А насчет АИ - мне кажется, идеальный пейринг: садись и пиши!

   

Hellsing Fest

главная